Валерий Меладзе — «Курс на свободу»

Его называют последним романтиком нашего времени. Но сам артист не любит таких штампов. Валерий МЕЛАДЗЕ избегает рамок. Причём не только в творчестве. Как артисту приходится расплачиваться за свою свободу, он признался музыкальному критику Алексии Мелевской и «Аргументам недели».

 —  Валерий, вас с братом Константином иногда называют кланом.
– Звучит почти как мафия. (Смеётся.) У нас всего лишь тандем творческих людей.

– Как-то вы сказали, что наш шоу-бизнес убили телерадиоменеджеры. Это вы на коррупцию намекаете?
– Нет. Просто на радиостанциях имеются так называемые форматы ротируемой музыки. То есть происходит не естественный отбор музыки, а искусственный, как мне кажется. Аудитория получает то, что ей навязывают. Можно говорить, что профессионалам виднее. Но только к чему это привело? Первый итог – в стране в полноценном формате пропали некоторые, ранее успешные, музыкальные телеканалы. Заметьте – в Белоруссии, Грузии, Украине, Казахстане и других наших соседних государствах они есть и весьма успешно существуют без государственной финансовой поддержки.

– Думаю, что беда нашего шоу-бизнеса не столько в коррупции, сколько в профнепригодности основной части поющей братии. У нас даже на такой важной для музыканта премии, как «Муз ТВ», поют под фонограмму. Причём, насколько я знаю, не по инициативе канала, а по условию самих звёзд.
– Не надо всех в одно стойло загонять. Причины разные. Но коллег, которые «деградируют», я не оправдываю. Более того, считаю, что у нас существует серьёзная проблема с кадрами. Музыкальных продюсеров в стране можно по пальцам пересчитать. Они загружены так, что не знают, за что браться. А ещё вынуждены участвовать в реалити-шоу, что отнимает огромное количество времени и сил. Не участвовать нельзя, потому что в этой системе такие правила игры. Опять упираемся в изуродованную схему работы и искусственный отбор.
Кстати, помимо профессионализма должна быть и ответственность. Люди, которые формируют эфиры, обязаны понимать, что такими проектами, как «Каникулы в Мексике», они «убивают» подросткам мозг. Зачем делать из поколения моральных уродов? Такую же ответственность должны нести артисты и те, кто формирует эфир на радио. Допускаю, что есть и те, кто эфиры покупает, чтобы сделать приятное какому-нибудь мужчине или женщине. Отсюда в шоу-бизнесе и берётся мусор. Иногда наш шоу-бизнес напоминает мне свалку.

– Вы так критично высказываетесь по поводу «финансовых вливаний» за эфиры. Но позвольте – некоторое время назад вы сами за деньги снимали в своих клипах «светскую даму» Оксану Лаврентьеву!
– Да. Она у меня снималась. Но я считаю, что она была в нашем клипе очень органичной и только украсила его. Но опять же форма не должна побеждать содержание.

– У вас нет амбиций возглавить какую-нибудь медиаструктуру?
– Раньше, может быть, такие амбиции и были. Сейчас их нет.

– Ответственности боитесь?
– Я просто занимаюсь любимым делом. И пока ничего интереснее его для себя не нашёл. Возможно, появись у меня радиостанция, смог бы перестроиться. Я по образованию инженер и умею анализировать происходящее. Что же касается ответственности, то в своём коллективе я её несу за многих людей.

– Сегодня шоу-индустрия подсела на фрик-культуру. Как вы оцениваете это явление и разрешили бы своим детям фриковать?
– В деспотичном варианте что-то запрещать не в моих правилах. Фриковство воспринимаю как забавное явление. Но паразитическое. Это должно быть вторично. Главное сегодня не свою информацию донести, а шокировать аудиторию. И в этом наша беда. Фрик не может быть изначально чем-то серьёзным.

– То есть Леди Гагу всерьёз вы не воспринимаете?
– Она талантлива, но уродлива. И пропагандирует прежде всего уродство, а не красоту и талант. Как женщина она мне на фиг не интересна. Когда я учился в школе, на уроке биологии нам объясняли про атавизмы и рудименты. Рассказывали про девушку, у которой вдоль позвоночника росла грива. Так вот я тогда не понимал, почему есть люди, у которых она пользуется популярностью. Но, оказывается, физические недостатки тоже кому-то могут нравиться. Это уже психические отклонения и личное дело каждого. Зайдите вечером в любой ресторан. Пересиликоненные мутанты. Это ужас! Но поскольку их через массмедиа этим самым напичкали, они себя и кромсают. Ужасно, что фриковство и желание удивлять практически вытеснили красоту и талант.

– А вы ощущаете себя в нашей стране свободным и в чём это для вас проявляется?
– Абсолютно свободным я чувствую себя в гостиничном номере. Я быстро сбрасываю с себя одежду, в которой приехал. И какое-то время чувствую себя свободным. Но я же не могу в трусах выйти в коридор. Там уже наступает ответственность. То есть там меня могут увидеть другие люди, и это будет неправильно. Свободы без ответственности быть не может.

– В нашей стране есть демократия? И нужна ли она нам?
– Она очень нам нужна. Одно из первых её проявлений – это свобода слова и прессы. Но когда нам разрешили говорить всё, что захочется, мы обрадовались, и… пошёл мусор. Не у всех есть ответственность за свои слова и поступки. Словом можно не только спасти, но и убить. Не стоит этого забывать. А вообще наши люди не готовы к свободе. Большинство из них хочет, чтобы за них кто-то принимал решение и говорил, что им делать. Так проще. И всегда есть на кого свалить свою неудачу.

– Как часто вам приходится давать взятки?
– Иногда известность не спасает. Наоборот, некоторые вещи обходятся дороже, чем человеку с улицы. Наверное, чудовищную вещь скажу, но ситуация с коррупцией, в которой мы сегодня существуем в России, – это тоже определённый порядок, форма существования. Вот сейчас объявили борьбу с коррупцией. Но разве нам предложили какую-нибудь другую схему? Как и раньше – если обычному человеку нужно собрать какие-нибудь документы, что ему придётся делать? Искать – кому занести денег за бумажку. Проще говоря, в этой структуре всё построено таким образом, что без коррупции она существовать не может. Поэтому новые «ставленники» начинают жить в ней так же, как их предшественники. Мало знать диагноз – нужно понимать, чем систему лечить.

– Насколько я понимаю, вы намерены её лечить своим сольным концертом?
– (Улыбается.) Да. Ближайший сольный концерт «20 историй о любви» пройдёт 8 марта в Крокусе. Решил сделать такой вот презент для женщин и заодно помочь мужчинам с подарком. В качестве «тяжёлой артиллерии» я и… симфонический оркестр. Удивлять стразами не буду. Прятаться за дорогими декорациями тоже. Будут настоящие чувства, любовь… Мне кажется, что именно этого сегодня многим не хватает.

 

Опубликовать в Facebook
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Яндекс
 
 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.