Алена Михайлова: Нет ни одного артиста, чьи песни на радио берут не глядя!

Алена Михайлова рассказала, почему она работает со всеми проектами Константина Меладзе и отчего рок-музыке так сложно зазвучать на радиостанциях.

Когда радиопортал TopHit подвел итоги 2013 радиогода, то свои наблюдения сформулировал так: «наиболее успешной в деле продвижения локальных хитов на радио в 2013 году оказалась компания Velvet Music. Треки Velvet Music отлично тестировались, и за год прозвучали в эфире 1.298.000 раз! Целых 15 из 37 треков Velvet Music, размещённых на tophit.ru в течение 2013 года, побывали в TOP HIT 100, а 3 хита минимум 4 недели входили в TOP HIT 20!»

Иными словами, чаще всего на российском радио крутились треки артистов лейбла Velvet Music: ВИА Гра, Елка, Валерий Меладзе, Полина Гагарина, Вера Брежнева, Винтаж и другие. Примерно те же итоги были и в 2012 году. Значит, это не случайность — а уже закономерность. Компании, основанной Аленой Михайловой и Лианой Меладзе, в этом году исполнилось 10 лет. Ну что, есть о чем расспросить Алену Михайлову — человека, который в нулевых годах на Real Records выпускал альбомы рок-звезд.

56756756

Алена Михайлова

— У вас удивительная для шоу-бизнеса кампания. И все ваши сотрудники, и все артисты (за одним исключением) — светлые красивые люди, светящиеся натуральной красотой. Фейс-контроль?

— Именно так. Фейс-контроль за человеческие душевные качества. Зачастую это первое при выборе артиста, с которым мы будем работать — насколько мы созвучны по человеческим качествам, по пониманию мира. Второе — мы должны быть влюблены в эту музыку. То есть сначала мы влюбляемся в человека, потом — в музыку. Затем все остальное. Видимо, изначально это происходит потому, что сама компания у нас почти семейная – десять лет уже, как мы создали «Вельвет Мьюзик» вместе с Лианой Меладзе. Такие комфортные, дружеские отношения внутри коллектива и вместе с нашими артистами мы и пытаемся поддерживать – основанные прежде всего на чистых человеческих эмоциях.

— Сначала — любовь?

— Без этого у нас вообще ничего не происходит. Если этого нет, то ни за какие миллионы-миллиарды (хотя мы не работаем с бюджетными артистами) ничего сделать не сможем. Мы как-то пробовали в голодные времена — ничего не получилось.

— Были все-таки бюджетные артисты?

— До подписания контракта дело ни разу не доходило. Но попытки были. Не удалось. Легкие деньги — не наша история.

О сотрудничестве с Константином Меладзе

— Единственное исключение из вашей «натуральности» артистов — группа «ВИА Гра». Она как раз похожа на привычный наш шоубиз.

— «ВИА Гра» — настоящий продюсерский проект. Но и здесь не без любви. Любви к Константину Меладзе — как к человеку, как абсолютно гениальному композитору, и к прекрасным участницам.

— У Меладзе свой продюсерский центр. Как у вас разделены с ним функции?

— Мы занимаемся всеми проектами Константина Меладзе. Мы, конечно, не пишем песни — этим занимается только Константин. Иногда он советуется с нами, но это всегда только его инициатива. Он же сам снимает все клипы, — и мы тоже можем только посоветовать что-то. Например, по последнему видео «ВИА Гры» мы настоятельно посоветовали поменять образ артисток, нам показалось, что это образ из вчерашнего дня. И сейчас прошла фотосессия, для которой образы мы утверждали и продумывали совместно.

Обычно Константин передает нам готовый продукт, песню и клип. Мы занимаемся всем промо — радиостанции, пиар… По сути, пиар-менеджеры имеют двойное подчинение — нам и Косте. И так по всем проектам Меладзе, чем бы он не занимался. Например, свалилась на голову его киношная песня «Оттепель», и мы работали по ней. Потому что это — Костя.

О ситуации на Украине

— В силу политической напряженности как изменилась у вас работа на Украине?

— Сильно изменилось многое. У нас всегда было много украинских артистов, и у них много концертов на Украине. Ёлка перенесла несколько концертов на осень. «Винтаж» должен был поехать в марте с двумя концертами, они тоже отменились.

В связи с этой войной ситуация немного нервозная. Хотя у нас с Украиной всегда все было хорошо — есть представительство на территории Украины, там известный продюсер Юрий Фалеса занимается всем нашим промо и всем контентом на территории Украины. Мы даже начали немного зарабатывать на цифровых продажах там — рингтоны, реалтоны. Но сейчас в этом смысле бизнес на Украине умер. Никакие рингтоны, ничего подобного на Украине сейчас не интересует.

У нас есть певица Маша Гойя, она из Украины, ею занимается Фалеса. А мы помогаем как партнеры. И с Машей сейчас очень сложно. Там настолько сейчас ничего не происходит — и в творческом смысле тоже. Мы снимали на Украине много клипов, там живет много наших авторов песен — но настроение у людей совсем другое. С позитивом сложно. Мы несем некоторые финансовые потери — потому что концертов меньше и там, и в России тоже. У людей не очень веселое настроение.

— Разногласий политического свойства нет?

— Нет, это же наши родные люди. У нас большая часть артистов оттуда, административная часть оттуда. Одного менеджера сейчас перевозим в Москву, бьемся за все эти разрешения на работу…

— А в России не было случаев отмены концертов украинских артистов по политическим соображениям?

— У нас не было. Наши проекты — Елка, Вера Брежнева, ВИА Гра — они не ассоциируются у нашего зрителя с Украиной, они были всегда и везде. У них спада нет. Они родились на Украине, кто-то там живёт, но всё равно очень много времени проводят здесь.

255249

Основатели Velvet Music — Алена Михайлова и Лиана Меладзе

О любви к рок-музыке

— Когда вы работали в Real Records, то занимались рок-проектами. Когда возник Velvet Music – казалось, что на роке вы поставили крест. Однако сейчас у вас опять возник интерес к року? Видите перспективы?

— Я люблю эту музыку. Моя жизнь в музыке начиналась в рок-клубе. Все это время мы не оставляли надежд снова заниматься роком. Тем более, что Тимуром Валеевым и «Ключами» мы не прекращали заниматься — сначала неофициально, потом он уговорил нас заняться им официально. Потому что он — наш друг.

У нас уже давно есть группа Plastika, на протяжении нескольких лет мы пытаемся поддерживать ее.

— Разве она не бурлаковская?

— Леня Бурлаков — наш партнер и товарищ. Я к нему отношусь как к другу, я все про него знаю. Мы несколько раз очень плохо расставались с ним, потом мирились… Это, наверное, моя такая особенность — я могу три или четыре раза наступать на одни и те же грабли. В случае с Леней это было четыре раза кряду. При этом я считаю, что он — абсолютный гений. То, как он может найти, откопать нового артиста — не может никто. Он перелопачивает тонны музыки, он ездит к ним по деревням и подвалам, он такой. При этом дико сложный, со своими особенностями.

Это он принес нам группу Plastika. Какое-то время мы работали с ней вместе, выпустили первый альбом, потом по договоренности расстались. Солисту Леше мы дали право выбора, и он остался с нами. Без всяких обид. Там были сугубо творческие разногласия.

Те перемены, которые происходят на «Нашем радио» — они совсем не в пользу новых артистов. Меняются руководители, я много раз ездила и говорила с ними. Никто из продюсеров заниматься рок-музыкой не хочет, потому что деньги примерно такие же, но рисков больше. В 2000 году рок был более коммерческой музыкой. А сейчас ею занимаются только такие фанаты, как мы. Я говорила им — давайте поможем друг другу! Вам сложно и нам сложно. Вместе будет легче. Но я так и не была там услышана.

Но есть интернет, мы выкладываем песни там. Алексея мы задействовали в других проектах — например, он написал уже 4 песни для Елки, делает нам видеоконтент. Он талантливый парень. Но свою музыку коммерциализировать он не хочет.

И это еще не все. Сейчас мы собираемся подписать контракт с еще одним артистом формата «Нашего радио». Не буду пока говорить. Но мы опять влюбились!

— Все-таки зависимость от «Нашего радио» сильна?

— Вообще стоит задача написать такую успешную песню, которая выведет артиста из рамок «Нашего радио». На уровень «Авторадио», еще какие-то станции, плюс интернет. Все зависит от песни. Если она хитовая, то ее сила может взломать те стены, которые кажутся нерушимыми.

О ситуации в радиоэфире

— Хотя 99% радиоэфира заполнено поп-музыкой, кажется, что продвижение новых поп-артистов порядком притормозилось.

— Оно жестко тормозится на протяжении последних лет, поскольку любой новый артист — это риски для радиостанции. Никто в этом не заинтересован. На ключевых должностях радиостанций одни и те же люди сидят очень давно. Когда раньше наблюдалась ротация на должностях, новый человек диктовал свои правила, и зачастую у него был интерес к новым именам — спортивный или творческий. Но сейчас люди настолько давно сидят, что потеряли всякий интерес ко всему, кроме рейтинговых формул. Рейтинги сейчас приносит ретро. Поэтому формула эфира примерно такая: огромный кусок ретро, большой кусок «золотых» проверенных звезд и кроха молодых, рисковых для них артистов.

Исчезли все станции, где идеологией была ротация новых артистов — «Попса», «Шоколад», «Свежее» и другие. Сейчас ни одной стартовой площадки нет. Есть сплошные мастодонты, и тебе нужно пробить стену. Мы каждый день ломаем голову — как ее пробить, чем удивлять, что показать. Удивлять надо в тысячу раз больше, чем прежде. Просто хорошая песня — никому не нужна. Вообще не нужна, потому что таких хороших песен и таких неплохих артистов — уйма. Надо делать что-то особенное. Или должна быть такая песня, которая пробьет все стены.

— В случае с поп-музыкой вариант неработы с радиостанциями и работы только с интернетом реален сейчас?

— Нет. Невозможен, по крайней мере в нашем случае. В интернете хорошо продается либо юмор с матом, либо обнаженка. Просто хорошие песни в интернете точно так же никому не нужны. Выложишь хорошую песню — не будет ни прослушиваний, ни скачиваний. Можно потратить годы на это.

Даже песни наших, известных артистов, если они появляются в интернете в виде аудио или клипа — просмотров не много. Стоит появиться песне в ротации на ведущих радиостанциях — и просмотры взлетают в геометрической прогрессии. Так что пока работа возможна только в совокупности радио и интернета. Оговорюсь, что речь идет именно о миллионных просмотрах, мы с этим работаем. Какая-то молодая альтернативная группа или рэперы могут работать только с интернетом, но и порядок цифр будет совершенно другим. У нас же миллион просмотров — это самый скромный минимум, у нас такие масштабы.

О заработках

— Поговорим о деньгах. Недавно казалось, что с крахом физических носителей шоу-бизнес лопнет. Часть компаний исчезла, вы остались. Но ведь цифровые продажи не сопоставимы с прежними физическими?

— Нет. Пока нет. И приблизятся ли, непонятно. В каких-то странах приблизилась, там антипиратские законы. У нас пока цифровые продажи несоизмеримы с прежними физическими, и основной заработок — на концертах.

Со всеми артистами мы работаем, включая концертную деятельность. Поэтому нас не так сильно коснулся крах физики. Естественно, мы переориентировались, давно занимаемся цифрой. Но эти доходы несоизмеримы с теми, что когда-то мы зарабатывали на физических носителях.

— В топах iTunes количество скачиваний не раскрывается, есть только ранжирование по местам. И кажется, что в топе — если продал всего 10 копий, а на втором месте — 5 копий… Вы знаете точные цифры по своим артистам?

— Не знаю, честно говоря. Цифры – не моя тема. Но знаю, что iTunes сейчас основной канал продаж. Все прочие сайты дают копейки, все вместе взятые они не соизмеримы с ним одним. Но с ним немало сложностей — iTunes работает только через посредников, а они весьма нерасторопны. Причем деньги перечислят, а отчетности за прошлый год нет до сих пор. Так что точных цифр мы не знаем. Скорее всего, больше всего там заработала Елка, судя по времени нахождения в топе.

— Что еще приносит деньги, кроме концертов и iTunes? Может быть, мерчендайзинг?

— У нас нет артистов, которые зарабатывают на мерчендайзинге. Это скорее для детской аудитории, а у нас таких артистов нет. Сделали отличные футболки для Елки — ну, продадим на большом концерте штук пятьдесят… По регионам возить невыгодно. В России ситуация с мерчем отягощается пиратством — любой ИП может выпустить майку с Елкой, и засудить его практически невозможно. И главное, нет такой культуры! Бойз-бенд One Direction продает во всех странах мира массу своей продукции, зарабатывает на этом кучу денег — но только не у нас. Да и нет у нас таких детских проектов — никто не хочет рисковать.

Мы с Юрием Фалесой очень хотели сделать детский проект — Мика Ньютон. Ей тогда было 14 лет — и поющая, и красивая девочка. Записали крутейший русскоязычный альбом. И мне на всех радиостанциях дали от ворот поворот. Сказали — нам не нужны детские голоса, нам вообще не нужна детская аудитория, она неплатежеспособная.

Проблема еще в том, что у нас не дошло еще до нишевых разделений радиостанций, как это случилось на Западе. Мелкие станции все умерли, а мастодонты диктуют свои правила игры. Ни детских, ни рэповых, ни фолк-роковых станций у нас нет. А мы все по-прежнему зависим от радиостанций.

О концертах

— Раз концерты дают основные деньги — кто из ваших артистов самый «концертный»?

— На протяжении десятилетий самый концертный из наших артистов — Валерий Меладзе. У него есть безусловное доверие самой разной аудитории, он собирает самые разные площадки, он одинаково востребован и на супердорогих олигархических вечеринках, и в тысячных залах. В которые он не ленится ездить! Он очень любит концертировать, что тоже важный момент. Валерий — удивительный артист, он может отработать в месяц 30 живых концертов.

В силу сегодняшней популярности Елки у нее тоже огромное количество концертов. У Полины Гагариной сейчас очень много концертов, она ездит везде на любые площадки и везде собирает полные залы. Но с Валерием не сравнится никто. Он готов летать, переезжать на автобусах, он не капризный к условиям передвижения, у него мужской коллектив, им вместе комфортно. У него группа — настоящая семья. Концерты у него забиты на год вперед. Я думаю, никто в стране не работает концертов больше, чем он.

О «ВИА Гре»

— Судебные распри по правам на «ВИА Гру» завершены?

— Да, все права уже у Кости.

— Что сейчас происходит с проектом? Как складываются его отношения с новыми участницами?

— Девчонки очень быстро обтесываются. Когда 18-летняя Настя Кожевникова приехала к нам в Москву на финальный концерт «Хочу в ВИА Гру» и мы подписывали с ней контракт, она призналась, что в первый раз в жизни летела самолетом. Они реально жили в маленьких городках и ничего не знали о шоу-бизнесе.

Но это у них быстро проходит. Они уже крутятся, как белка в колесе, по гастролям, по съемкам. Преображаются на глазах. Уже сейчас они гораздо увереннее. А пройдет полгодика — и это будут девушки с лоском, гораздо более понимающие. Сейчас они просто напуганы непривычной для них жизнью.

Сейчас они живут в Киеве, там репетируют, и оттуда ездят на гастроли. В Москве бывают или проездом, или на концертах, или для промо-акций. Скоро выйдет второй сингл, у них молодые живые музыканты в группе и много концертов по стране.

— Будет ли перепозиционирован из-за смены состава привычный образ участниц «ВИА Гры» — лоск, сексапил, роскошный евро-поп?

— Нет, они будут в тех же образах. Понятно, что они более молодые — поэтому по музыке они будут звучать более современно. Первая песня была еще в прежнем звуке, хотя уже отличалась от старой «ВИА Гры». Дальше Костя будет делать еще более модное звучание, но при этом — абсолютно в аудиторию «Русского Радио» и всех тех, где звучала «ВИА Гра». Концепция омолодится, но не будет порушена. Они не будут хулиганками, не выйдут в джинсах с кедами. Они — «ВИА Гра», и правила игры заданы.

О «Чи-Ли»

— Из-за чего произошел ваш разрыв с группой «Чи-Ли»?

— Ничего особенного не случилось! Мы подошли к сроку окончания контракта и мы никого специально не держим. Всё по обоюдному согласию и любви.

— Договор подразумевал продление по окончании срока действия?

— Дело не в договоре. Если бы мы хотели, то работали бы и дальше. Но неохота. Если любовь пропадает, то незачем. Любовь — это главный принцип нашей работы. Они хотят работать отдельно — ладно. Оставшиеся полгода они отработали, и мы расторгли договор. 1 января мы расстались без всяких претензий друг к другу. Хотя мне очень жалко Ирку — не сможет она без нас. Она очень особенная. Но если получится — то я буду только рада.

О Ёлке

— А как получилось, что Елка пела клубный r’n’b, а стала работать только с вами — и появился суперуспешный поп-хит «Прованс»? Девочка созрела?

— Все получилось одновременно, все должны были созреть. Раньше Елка работала с нами и Владом Валовым так, как мы сейчас работаем с Меладзе. То есть только Влад Валов пишет ей песни, занимается всей творческой составляющей. А надо знать Влада — он очень творчески ревнив. Возможности найти Лизе песню или спеть дуэтом вне его хип-хоп сообщества — с ним это невозможно. Тот же Паша Воля предлагал Лизе дуэт еще за три года до того, как он у них случился. Влад был категорически против, хотя она очень хотела этот дуэт. И мы хотели, но раз была договоренность, ничего сделать было нельзя. Валов писал ей песни, которые она прекрасно пела. Сначала он писал отличные песни, ее песни, которые она пела сердцем. Потом песни стали похуже. Может быть, исписался, может быть, у него вдохновения на Лизу уже не было. В конце концов, у Лизы наступили тяжелейшие времена — концертов не было вообще. Три месяца без единого концерта.

Что-то надо было делать. Но в первую очередь к переменам не была готова Лиза. Она очень благодарная, и была готова сотрудничать с Владом Валовым вечно. Причем к этому моменту контракт с Валовым у нее закончился два года назад. Он ее пугал, рассказывал, что у него есть какие-то подписанные ею контракты…

Перелом случился сам собой. Свою лепту внесла Алла Пугачева. Она пригласила Лизу на свое «Радио Алла», послушала, ей понравилось, а потом спросила — так, а как ты живешь-то? Я захочу приехать к тебе в гости — и куда ты меня пригласишь? А на концерт — в подвал меня позовешь? Сказала ей, что нужно заработать денег, потому что возможности у Елки фантастические. И это стало переломным моментом. Мы на Лизу никогда не давили. Она должна была сама созреть. Она созрела. Пришла и сказала: я готова.

Какой-то период мы договаривались с Владом, хотя вроде бы договариваться было не о чем, контракта не было. Но мы выкупили права на 4 старые песни, — чтобы не было никаких обид ни у кого. Другие старые песни Елка не поет — мы так договорились. Продюсеры должны друг друга поддерживать, и уж точно никого никогда не «кидать». Мы на одной стороне баррикад! И мы всегда в таких ситуациях стараемся действовать по справедливости. Все-таки именно Влад привез сюда Лизу, мы узнали ее вместе с Валовым. И только когда мы обо всем договорились с Валовым, ударили по рукам, — тогда начали искать песни. С нуля.

В этот момент она оказалась совсем без песен. Из 4 песен концертную программу не сделать. Очень кстати подвернулось телешоу X-Фактор на Украине, это было спасением. Тем временем искали песни. И песня «Прованс» была самой не-лизиной песней из всех, что мы нашли. Искали везде. Леша из Plastika написал нам песню, еще кто-то. А «Прованс» — с ним было так. Прислали песню наши украинские партнеры от никому не известного тогда автора. В офис заходит Костя Меладзе, который вообще не имел отношения к этому проекту. Он говорит — ой, ну как же мне нравится эта Елка ваша! А мы как раз ломали голову, как сделать, чтобы песня получилась не слишком попсовой, чтобы все осторожно получилось. У нас играл «Прованс». Костя послушал ее, и говорит — да давайте я вам ее сделаю!

Такого не было вообще никогда. Костя никогда не делал аранжировки не своим артистам! Мы, естественно, согласились. И такой нюанс. Хотя Лиза всегда скептически относилась к поп-музыке, сам Константин Меладзе был для нее гуру, и всегда будет. Ни про одного другого человека из попсового мира она не говорила с таким почтительным придыханием. Причем они не были даже знакомы. И когда Лиза прилетела в Киев, и спела эту песню, он сказал, что теперь уверен — это хит. Потому что без ее голоса это было совершенно не похоже на хит.

Следующее хождение по мукам началось в походах на радио — она зазвучала только на Love Radio и на Украине она пошла быстро, в том числе из-за популярности X-Фактора. Уже несколько месяцев она рвет на Украине все хит-парады, а здесь ее никто не берет. И тут-то случились самые удивительные истории. Вот как было с «Авторадио» и «Юмор ФМ». Я поехала к руководителю ВКПМ Юрию Костину — вообще-то он не занимается музыкой, но он мой очень старый товарищ. Я пришла, а у него в тот момент был какой-то очень напряженный момент. И ко мне он не выходил целый час. Наконец, заходит. Он истый джентльмен, и в качестве извинения закрывает глаза, протягивает руку — проси, что хочешь! У меня было много песен в этот момент, но я подумала — важнее Елки ничего сейчас нет, у нее такой переломный момент в жизни. Я — «Прованс» ему в руку! На следующий день песня зазвучала.

А на других радио она зазвучала еще позже. Претензии были к тексту. Какой Борисполь? Надо поменять на Шереметьево, Домодедово… Какой Прованс? Слишком интеллигентный текст в припеве — эта песня никогда не сможет стать хитом! Так мне говорили.

— Аргумент, что аранжировку делал сам Константин Меладзе, не подействовал?

— На радио никого это никогда не волнует. Каждый раз приходится доказывать все заново. Даже с каждой новой песней Валерия Меладзе. Все заново! У нас ни одного артиста, чью новую песню можно послать на радиостанцию не глядя, и она сама пойдет в эфир. Вообще ни одного!

У группы «Винтаж» есть 17 синглов, которые всех буквально порвали. Это самая топовая группа по объему радиоэфиров. И с каждой новой песней мы пробиваем головой стену. Ни разу не было, чтобы сразу поставили. И еще пугают тестами. А у «Винтажа» такая особенность — они всегда плохо тестируются в первые недели. Их песни надо расслушать, они особенные. И каждый раз надо уговаривать потерпеть, выждать недельку — и тесты будут отличные. И так с любой их песней случается. Но, слава Богу, в итоге мы находим понимание и убеждаем наших радиопартнеров.

Поначалу Лиза стеснялась «Прованса», кстати. Выходит на концерте и оправдывается — ну вот, у меня есть такая смешная новая песня, послушайте… А песня уже везде звучит, ее все знают! Мы с Лианой даже отдельно разговаривали с ней об этом. Но потом Лиза привыкла к популярности «Прованса». И вообще раскрепостилась — у нее теперь эксперименты в совершенно разных жанрах, почти эклектика.

— И дуэты у Елки выходят чуть не каждую неделю с какими-то странными рэперами…

— А это совершенно некоммерческая история. Всё, что делает Лиза – не просчитано с соблюдением продюсерских ходов. Это совместное творчество, основанное исключительно на отношениях с музыкантами, которых Лиза знает, и с ними дружит. Ее все равно тянет куда-то в сторону хип-хопа. Недавно записала дуэт с Гариком из «Банд’Эрос» под именем Бурито, — и он неожиданно хорошо пошел, на что мы даже не рассчитывали. С Олегом Нестеровым она сделала несколько песен, с Жарой, с Пашей Волей….

О будущем шоу-бизнеса

— Как к вам попадают новые песни?

— У нас есть специальный сайт, куда можно присылать песни. Время от времени мы туда залезаем, и что-то прослушиваем. Но все слушать нереально, очень много хлама. Что-то присылают на мейл. Иногда кто-то из знакомых звонит и просит послушать его песню. Но вообще у песни должна быть счастливая судьба — чтобы все на небесах сложилось, и песня попала туда, куда надо, в тот самый момент.

— Как вы видите будущее шоу-бизнеса? Что будет лет через десять?

— Появятся новые артисты, этот процесс необратим. Талантливые люди у нас в стране есть, и кто-то все равно прорвется. Сейчас есть интернет, но все быстро меняется — может быть, через 5-10 лет появятся новые способы донесения музыки. Может быть, мы начнем зарабатывать наконец-то на интернете. А может быть, у Путина дочка выйдет замуж за музыканта? Не знаю, что должно случиться, чтобы взялись за законы и навели порядок в этой сфере.

Но без музыки все равно не обойдемся. Растут дети, они ищут свой One Direction, чтобы музыка им нравилась. Музыку ничем не заменишь. Люди изначально рождаются с любовью к музыке. Так что работой мы обеспечены до старости. Лишь бы не было войны…

Опубликовать в Facebook
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Яндекс
 
 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.